В кампании 1787 г. турецкое командование намеревалось высадить десант на Кинбурнской косе, овладеть крепостью Кинбурн, а затем захватить Херсон и уничтожить русские верфи. В последующем намечалась высадка крупного десанта в Крыму с задачей нанести удар по Севастополю с суши. Словом, для русских оборона Крыма и Кинбурн-Херсонского района приобрела стратегическое значение. Ее организацию и проведение фельдмаршал Потемкин поручил Суворову.
Основное внимание Суворов уделил укреплению Кинбурнской косы, располо-женной как раз напротив Очакова — главного оплота Турции на северном побережье Черного моря. Здесь базировался турецкий флот и имелись значительные сухопутные силы. С присущей ему проницательностью Суворов разгадал турецкий план неприятеля. В письмах Потемкину он доказывал, что если Севастопольская эскадра при атаке нанесет поражение турецкому флоту, то опасность вторжения противника будет полностью ликвидирована. Более того, сам Очаков окажется блокированным с моря, а наличие русских войск, уже сосредоточенных на юге Украины, станет крупным фактором стратегического значения. По сути, кроме глубокого всестороннего анализа стратегической обстановки письма содержали верное решение на перспективу, что свидетельствовало о его полководческом даровании.
В противовес общепринятым в то время способам ведения пассивной обороны Суворов повсеместно организует оборону активную. Именно Кинбурн вошел в историю как выдающийся пример такой обороны. Турки высадились у Кинбурна. В октябре русские войска во главе с Суворовым нанесли им жестокое поражение. Военными действиями у Кинбурна завершилась кампания 1787 г. Удачные действия Суворова под Кинбурном приобрели стратегическое значение. Замысел турок был сорван, было выиграно необходимое время для активизации военных действий против турецких баз, угрожавших русской армии и флоту, в первую очередь, против Очакова.
В кампании 1788 г. Россия смогла выставить против Турции на европейском театре войны около 100 тыс. человек Австрия, объявившая войну Турции в январе, развернула на границе с ней армию численностью свыше 120 тыс. человек. Этих сил было вполне достаточно для широкомасштабных действий. Однако из-за нерешительности австрийского правительства действующая армия была кордоном растянута вдоль границы с Турцией — от Днестра до побережья Адриатического моря, что обрекало австрийцев на пассивные действия.

На Крымском театре 2-я армия заняла все важные стратегические пункты и заставила турецкие силы оставить полуостров. Овладение Крымом имело огромное стратегическое значение, так как удалось ликвидировать угрозу ударов противника во фланг и тыл войскам, действовавшим на Балканах и Кавказе. Но это еще не все: сложились благоприятные условия для создания Черноморского флота.
Турция, потерпев поражение на Дунае и в Крыму, вынуждена была согласиться на перемирие. Переговоры продолжались до марта 1773 г. В апреле Турция снова открыла военные действий. Румянцев предложил Военному совету продолжать вести активную оборону, нанося по противнику отдельные удары, и таким образом подготовить общее наступление. Но ему было приказано наступать. Не обладая достаточными силами для широкого наступления, русские войска, тем не менее, развили активные действия, выразившиеся в поисках. Наиболее успешными были поиски отряда А. В. Суворова. Но решающий стратегический успех в этом году достигнут не был.
Неудача кампании 1773 г. подействовали отрезвляюще на Военный совет. Румянцев получил свободу действий. Новый план кампании, выработанный Румянцевым, преследовал одну цель — вынудить Турцию заключить мир. Румянцев решил перебросить свои главные силы за Дунай, и уже там нанести сильные удары по полевой армии турок. Часть войск должна была блокировать турецкие гарнизоны в крепостях. Имея 55-тысячную армию, Румянцев для блокады Рущука выделил 10 тыс., Силистрии — 12 тыс. человек. Дивизии М. Ф. Каменского и А. В. Суворова численностью 24 тыс. человек Румянцев двинул в направлении Шумлы против войск великого визиря.
Наступление русской армии началось в апреле 1774 г. и протекало весьма успешно. Самое значительное столкновение произошло под Козлуджей, где Суворов одержал крупную победу. Поражение сильно повлияло на моральный дух турок. А тут еще дивизия Салтыкова разбила их сильный отряд под Туртукаем. Тяжкое положение турецких войск, блокированных в крепостях, а также появление русских отрядов на Балканах вынудили великого визиря начать переговоры о мире, которые закончились Кучук-Каинарджииским миром. Россия получила Керчь, Азов, Еникале, Кинбурн и значительную территорию между Днепром и Бугом, а на Кавказе — Малую и Большую Кабарду. Крым был признан независимым от Турции.
Русско-турецкая война 1768—1774 гг. внесла много нового в развитие отечественной военной стратегии, и в этом большая заслуга принадлежит выдающемуся полководцу П. А. Румянцеву. Румянцев полагал, что военная стратегия должна исходить из политической и стратегической обстановки, учета сил и средств противоборствующих сторон. В своих военно-теоретических трудах он подчеркивал, что военная мощь зависит от состояния экономики страны, доказывал необходимость «соразмерно способа доходов своим ополчаться» и в то же время «весьма уважать их источник, который мы поныне один к содержанию воинских дел имеем: я разумею народ, дающий для войска и людей, и деньги».

Победы русских войск на сухопутном театре были дополнены успехами на море. Русский флот под руководством адмирала Г. А. Спиридова, хотя официально ко-мандующим считался граф Алексей Орлов, 7 июля в Чесменской бухте уничтожил турецкий флот. В этом сражении Спиридов еще раз доказал, что русская военно-морская теория по праву считается передовой. Русский флот, развивая лучшие тради-ции петровского времени, пройдя большую стратегическую школу, являлся в ту пору одним из лучших в мире.
Крупных успехов удалось добиться и на Кавказе. Грузинские войска под коман-дованием Ираклия II (1794—1798) разгромили турецкую армию в Аспинзском сражении. Одновременно отряд русских войск, действовавший в Имеретии, освободил занятые турками крепости Цуцкват, Шоропни и Кутаис.
Итак, кампания 1770 г. была успешно завершена на всех театрах войны. Тем не менее она не привела к окончанию войны. Столь крупных успехов русских войск явно испугались в Европе. Поэтому Австрия начала сближаться с Турцией. Враждебную России позицию заняли Пруссия и Швеция. Ободренная этим Турция решила не прекращать войну. На Балканах были подготовлены к обороне все крепости и усилены их гарнизоны.
Разработанный Военным советом России план на 1771 г. предусматривал развитие военных действий, на сей раз главным образом в Крыму. На других направлениях планировалось закрепить успехи предыдущей кампании. Главный удар по Крыму должна была наносить 2-я армия под руководством только что назначенного генерал-аншефа В. М. Долгорукого. 1-я армия Румянцева получила приказ помешать турецким войскам форсировать Дунай.
На Балканском театре к тому времени турки располагали 120-тысячным войском, а русские — 45-тысячным. Не имея возможности прикрыть такими слабыми силами линию в тысячу километров, Румянцев разделил свою армию на три группы, поставив задачу нападать на крепости и держать турецкие войска в постоянном напряжении. Его замысел удался. В короткие сроки 1-я армия овладела рядом крепостей (Тульча, Исакча и др.), а попытка турок переправиться через Дунай и развить успех была пресечена. Осенью русские войска взяли Мачин, Гирсово и Журжу.

Осенью 1768 г. Турция под воздействием Франции и Австрии объявила войну России. Борьба развернулась одновременно на трех театрах: Балканском, Кавказском и Польском. Особо сложной была борьба на Балканах, так как русская армия находилась на большом удалении от своих баз. Возникли серьезные проблемы с пополнением ее людскими ресурсами и снабжением войск.
Стратегический план турецкого командования предусматривал сосредоточение 300-тысячной армии на границе с Польшей. Оно предполагало, что в районе Хотина к ней присоединится армия польских конфедератов, а это позволит нанести совместный удар через Каменец-Подольск на Киев и Смоленск. Кроме главной армии должны были выступить две вспомогательные: одна из Крыма — на Украину, а другая — с Северного Кавказа на Астрахань.
Русский стратегический план, разработанный Военным советом, который был создан вместо Конференции, имел целью воспрепятствовать совместным действиям турецких и польских сил. Россия создала две армии. 1-я под командованием А. М. Голицина численностью 65 тыс. человек должна была действовать на главном направлении. 2-й армии под руководством Румянцева в количестве 60 тыс. человек предстояло прикрывать районы Украины. На Кубань и в Грузию направлялись два небольших отряда.
В соответствии со стратегическим планом, главный удар наносился на Хотин, хотя это ограничивало цели наступления, Румянцев предлагал наступать не на Хотин, а на Очаков, что имело бы более решительные цели, но его план был отвергнут. Кампания 1769 г. велась нерешительно из-за крайне вялых действий Голицина, правда Хотин был взят. Осенью Голицин был отозван в Петербург, командующим 1-й армией был назначен Румянцев. Командование 2-й армией поручили П. П. Панину.
Стратегический план кампании 1770 г. сводился к взятию крепости Бендеры силами 2-й армии. 1-я армия должна была прикрывать Бендеры со стороны Дуная. Таким образом, план, разработанный в Петербурге, обрекал главные силы на пассивные действия.
Ознакомившись с планом Военного совета, Румянцев представил Екатерине II свой замысел. Он указывал, что лучшее средство воздействия на противника — это наступление всеми силами, причем целесообразнее всего провести его «между Прутом и Серетом, имев на Пруте мосты». И более того, он считал необходимым иметь плацдарм на правом берегу Прута в районе Ясс. По существу, Румянцев предложил совершенно новый план кампании, по которому его армии предстояло наступать на решающем направлении — во фланг и тыл главным силам противника. По мнению Румянцева, это должно было помочь 2-й армии овладеть Бендерами и дать возможность перейти в наступление значительными силами в направлении нижнего течения Дуная. Доклад Румянцева явился образцом творческой военно-стратегической мысли. Хотя его предложения и не были одобрены в Петербурге, он добился предоставления свободы действий.

В кампании 1760 г. генерал Салтыков перенес главные усилия русской армии в Померанию, а часть войск направил в рейд на Берлин. В результате, русский корпус генерала 3. Г. Чернышева, насчитывавший 23 тыс. человек, 9 октября занял Берлин. Волей-неволей пришлось австрийской армии активными действиями сковать главные силы армии Фридриха II, но и на этот раз австрийцы не выполнили своих союзнических обязательств. Фридрих получил возможность повести свою армию к Берлину. Вот почему генерал Чернышев, уничтожив военные склады и другие военные объекты, со своим корпусом отступил на соединение с главными силами русской армии в район Франкфурта, где русская армия расположилась на зимние квартиры. Салтыков из-за болезни сдал командование армией. Конференция назначила главнокомандующим генерал-фельдмаршала А. Б. Бутурлина. В целом, кампания 1760 г. не принесла русским войскам крупных стратегических результатов, хотя прусская столица на какое-то время и оказалась в их руках.
Самое важное событие кампании 1761 г. — это взятие 16 декабря русскими войсками под командованием генерала Румянцева сильной крепости — Кольберга. Утвердившись таким образом в Померании, русская армия установила связь со шведской армией для совместного удара на Берлин с севера. В кампании 1761 г. Пруссия потеряла Южную Силезию, но что хуже всего — она была отрезана от Польши, которая обеспечивала продовольствием, и от Балтийского моря. Казалось, Фридрих II окончательно загнан в угол. Но все изменилось 5 января 1762 г., когда умерла императрица Елизавета Петровна. Вступивший на престол Петр III, ярый поклонник прусского короля, вывел Россию из войны, более того, он вернул Пруссии всю занятую русскими войсками территорию и заключил с ней союзный договор, чем спас Пруссию от полного разгрома. Вступившая в июне 1762 г. на престол Екатерина II расторгла союз с Пруссией, но войну не возобновила.
Семилетняя война стала последней крупной войной, которая велась по принципам маневренной стратегии, рассчитанной на истощение противника бесконечным маневрированием, т. е. избегавшей решительных действий. В целом, Россия также придерживалась такой стратегии, однако ее армия обладала рядом черт, выгодно отличавших ее от других армий Европы. В частности, заслуживает внимания идея, заложенная в план Конференции на 1759 г.: «дать решительную баталию» и «всей войне конец сделать». Блестящие победы русской армии под Кунерсдорфом, Берлином и Кенигсбергом были достигнуты не маневрированием, а решительными действиями, направленными на достижение поставленных целей.

План кампании, разработанный Конференцией, содержал следующее требование при наступлении в Восточную Пруссию: «... находящемуся во оной войску ретираду пресечь и тем к даче генеральной баталии принудить».
Но, несмотря на значительное превосходство в силах, командование русской армии действовало нерешительно. Войска продвигались очень медленно, хотя Конференция раз за разом настойчиво требовала от главнокомандующего разгромить силы Левальда и наступать на Кенигсберг. Но Апраксин не торопился. Воспользовавшись этим, Левальд решился нанести встречный удар. Он рассчитывал не только на внезапность, но и на качественное превосходство своих войск. 19 августа у деревни Гросс-Егерсдорф произошло сражение. Внезапно атакованная русская армия сумела в условиях лесистой местности быстро перестроить свои боевые порядки. Русские воины не только отразили нападение противника, но и разбили его. Однако после сражения Апраксин не воспользовался расстройством рядов армии неприятеля и не решился довершить победу энергичным его преследованием. Более того, он дал приказ отступить. Свое решение главнокомандующий мотивировал тем, что нет достаточного запаса продовольствия и фуража, да и армия слишком удалена от магазинов, то есть от тыловых баз снабжения. Иначе говоря, Апраксин действовал в тех «лучших» традициях маневренной стратегии, что господствовали тогда в Европе. К сожалению, то передовое, что приобрела русская армия при Петре I в области стратегии, было предано забвению.
Конференция не примирилась с неудачным походом в Восточную Пруссию. Русская армия, отошедшая на зимние квартиры в Литву и Курляндию, была приведена в порядок. Апраксина заменил генерал Фермор. В январе 1758 г. в короткий срок Восточная Пруссия была занята русскими войсками. Этому способствовало то, что Фридрих II направил армию Левальда в Померанию, а оборону Восточной Пруссии доверил слабым частям. Его подвела уверенность в том, что русская армия не способна к наступлению в зимних условиях. Внезапное наступление русских лишило пруссаков возможности организовать сопротивление. К 10 января русские войска, по докладу командующего, «благополучно без урону и без малейшего со стороны обывателей сопротивления» заняли Кенигсберг. Восточная Пруссия была присоединена к владениям русского государства. Так успешно была решена важная стратегическая задача, намеченная правительством России при вступлении в войну.

Однако, несмотря на успешные для русских военные действия в Прибалтике, их пришлось временно прекратить. Дело в том, что в ноябре 1710 г. Турция, при прямой поддержке Австрии и Франции, объявила войну России. В 1711 г. 40-тысячная русская армия дошла до Прута. Здесь она была окружена в несколько раз превосходившими силами турок. Положение оторванной от баз и окруженной армии было исключительно тяжелым. Петр I немедленно начал переговоры, в результате которых Россия уступила Турции Азов и обязалась срыть укрепления в Таганроге. Прутская кампания 1711 г. завершилась для России неудачно. Однако было бы ошибкой рассматривать ее изолированно от политики и стратегии Петра I в Северной войне. В Прутском походе он намеревался нанести поражение Турции и тем самым обеспечить успешное ведение Северной войны. Понимая, что выступление Турции неизбежно, Петр, тем не менее, оставался верным своей главной стратегической линии — добиваться победы над Швецией и закрепить позиции России в Прибалтике. Поэтому план Прутского похода имел в основе своей идею мощного удара в направлении низовья Дуная, чтобы там, привлекая на свою сторону порабощенные Турцией народы Балкан, нанести ей крупное поражение. Петр стремился, опередив противника, вывести русские войска к Дунаю до того, как главные силы турок переправятся через реку. В выходе на этот рубеж, а тем более в преодолении районов, бедных продовольствием и водой, он видел важное условие успеха. Однако достичь этого ему не удалось: на сей раз он недооценил силы противника. Пришлось русскому царю отказаться от наступления.
Одной из причин неудач, постигших русских в Прутском походе, было незнание истинного расположения турецких войск, в чем, конечно, виновата разведка, а также ограниченные возможности русской армии.
В инструкции, направленной послам России за границей после Прутского похода, Петр I сообщает: «Объявляем вам, что с великой ревностью шли к Дунаю, дабы турок предварить и получить довольство в провианте, но турки нас упредили и встретились с нами у Прута, где престрашные бои были...». Но до полной победы Турции было далеко. Поэтому она пошла на заключение мира, а главное — позволила русской армии уйти с оружием и, что еще важнее, — отказалась от вмешательства в Северную войну.
Теперь Петр I вновь мог развернуть наступление в Прибалтике. Первоочередной задачей для него стало изгнание шведов из Финляндии. Одновременно русские войска под командованием Меншикова действовали в Померании. В то время это была уже провинция Швеции. Стратегическое руководство военными действиями в Финляндии оказалось на высоте — особенно в части организации объединенных усилий армии и флота, особого галерного, лучше всего приспособленного к маневру в изрезанной прибрежной полосе. Весной 1713 г. была снаряжена русская экспедиция под командованием Апраксина. Войску в 17 тыс. человек на гребных судах предстояло овладеть Гельсингфорсом и изгнать шведов из Финляндии, откуда они получали продовольствие и сырье. В указе командующему экспедицией Петр писал: «Ничем так шведов к резону и к склонности к миру не приведем как Финляндией, откуда всем они довольствуются».