На оборонительных возможностях Российской Федерации особенно негативно сказалось разрушение военно-оборонительной структуры ОВД и СССР. Прежде в основу обороны советского государства, а значит, и России было положено отражение агрессии на вынесенных за пределы российских границ оборонительных рубежах. Теперь эта система уничтожена. Все группировки Вооруженных Сил за пределами России ликвидированы, за исключением символических сил в Молдове, Закавказье и Таджикистане. Распался главный (первый) стратегический эшелон российских Вооруженных Сил на западе и юге. Демонтажу подверглись и многие основные элементы второго стратегического эшелона. Внутренние военные округа превратились в приграничные. На всех стратегических направлениях существующие группировки войск перестали соответствовать новой обстановке и реальным оборонным задачам.
Полностью расстроена система противовоздушной обороны страны. Ее передовой эшелон ликвидирован. Некоторые воздушные направления оказались, по существу, открытыми. Резко усложнились условия базирования авиации и флота. Разрушается флотская инфраструктура на Балтике и Черном море.
Россия лишилась значительной части своих мобилизационных запасов, резервов оружия и военной техники, складов и арсеналов, защищенных пунктов управления, учебных центров, полигонов и т. п. За ее пределами остались 80% станций наземной системы предупреждения о ракетном нападении, многие оборудованные позиционные районы для средств радио- и радиотехнической разведки, аэродромы, предприятия военной промышленности. Оказалась раздробленной группировка Ракетных войск стратегического назначения.
И хотя Украина, Беларусь и Казахстан стали участниками Договора СНВ-1, взяли на себя обязательства о присоединении к Договору о нераспространении ядерного оружия и ликвидации своих ядерных арсеналов, на начало 1995 г. ситуация оставалась довольно неопределенной. Так, например, Беларусь ратифицировала Договор СНВ-1 и Лиссабонский протокол к нему, но согласилась вывести на территорию России стратегические ракеты, части ракетно-технического обеспечения, космической связи и ПКО только к 1997 г. Казахстан ратифицировал Договор ОСВ-1, но пока не присоединился к Договору о нераспространении ядерного оружия. Украина также ратифицировала Договор ОСВ-1 и Лиссабонский протокол, но с существенными оговорками. Она готова присоединиться к безъядерному статусу только при условии получения надежных гарантий своей безопасности от западных ядерных держав и России. По заключенному между Россией и Украиной соглашению разукомплектование и уничтожение ядерных боезарядов, размещенных на территории Украины, должно происходить только под ее непосредственным контролем. В целом процесс вывода и ликвидации ядерного оружия, оставшегося на Украине, рассчитан на семь лет, но он может затянуться и на более продолжительное время.

В начале 70-х годов в плане совершенствования и частичного изменения стратегии «гибкого реагирования» Соединенные Штаты Америки приняли стратегию «реалистического устрашения». Она предусматривала сдерживание противника угрозой неотвратимого уничтожения и организации последовательного ввода в действие все более мощных и разрушительных средств вооруженной борьбы. В этих условиях в составе американских вооруженных сил предусматривалось иметь 1 тыс. межконтинентальных баллистических ракет наземного базирования, 656 баллистических ракет на 41 атомной подводной лодке и более 650 тяжелых стратегических бомбардировщиков. В случае ядерного столкновения с противником за счет применения этих сил, а также средств оперативно-тактического назначения предполагалось организовать глобальное стратегическое ядерное наступление и ядерное наступление на театрах военных действий. При этом принцип «неоспоримого превосходства» был заменен принципом «оборонной достаточности».
В 1984 г. взамен стратегии «реалистического устрашения» Пентагон разработал стратегическую концепцию «прямого противодействия». Она легла в основу американской военной доктрины 80-х годов. Главный смысл концепции — активное противодействие СССР и странам Варшавского договора в глобальном и региональном масштабах путем достижения полного и неоспоримого военного превосходства и завоевания лидирующей позиции США в мире. Концепция исходила из многовариантного применения ядерных сил — от нанесения одиночных ядерных ударов по отдельным целям до массированного применения ядерного оружия по всему комплексу военных, индустриальных и административно-политических объектов.
В очередной раз военная стратегия США была пересмотрена в связи с распадом СССР и резким изменением всей военно-политической обстановки в мире. Теперь в основу ее была положена новая концепция строительства и применения вооруженных сил. Она исходит из категорий риска и необходимости отражения внезапно возникших угроз на любом направлении, путем упреждающих или ответных действий тем составом сил и таким способом, что окажутся целесообразными в конкретной обстановке.

Во второй половине 40-х и в начале 50-х годов главные усилия были сосредоточены на переводе народного хозяйства с военного на мирное положение, быстрейшем восстановлении и модернизации наиболее важных промышленных отраслей сельского хозяйства и транспорта, а в оборонном секторе — на создании и наращивании новых производственных мощностей в танковой, авиационной, радиоэлектронной промышленности. Особое внимание уделялось объектам, связанным с производством расщепляющихся материалов для ядерного оружия.
Восстановление народного хозяйства — это еще одна героическая страница в истории советского государства. Уже к концу 1948 г. был достигнут довоенный уровень индустриального производства, добычи угля, нефти, выработки электроэнергии. Да в общем-то и последующие годы характеризовались высокими темпами развития всех промышленных отраслей. Советский Союз, вступив в тотальное противоборство с США и другими западными державами, быстро наращивал свою экономическую мощь. Наиболее полно это отразилось на росте национального дохода страны. Если в 1961 —1963 гг. этот показатель составил 840 млрд. руб., то в 1968— 1970 гг. — I трлн. 166 млрд. руб., в 1971 —1975 гг. — 1 триллион 674 млрд. руб., а в 10-й пятилетке он увеличился еще на 400 млрд. руб. В 1983 г. национальный доход превысил 530 млрд. руб., в то время как за пять довоенных лет (1936—1940) он составлял всего 154 млрд. руб.
Особенно стремительно развивались отрасли, связанные с научно-техническим прогрессом и укреплением обороны государства: электроэнергетика, химическая и нефтехимическая промышленность, машиностроение, станко- и приборостроение, радиоэлектроника.
Было налажено поточное производство ядерного оружия, создана мощная ракетная промышленность. Авиационная отрасль освоила выпуск реактивных самолетов различных типов. Были введены в строй новые мощности по производству артиллерийских систем, бронетанковой техники, средств противовоздушной обороны, новых средств связи, разведки, радиоэлектронной борьбы, боеприпасов различного назначения.
Самого высокого уровня промышленное производство достигло в период 1983— 1985 гг. По сравнению с 1945 г. национальный доход тогда увеличился в 20,4 раза, продукция промышленности — в 28 раз, сельского хозяйства — в 4,8 раза. В эти же годы, в абсолютных цифрах СССР добился максимального объема выпуска большинства видов военной и гражданской продукции. Резко расширилась номенклатура выпускаемых изделий. Было освоено производство многих новых видов ракетной, авиационной и космической техники. Судостроительная промышленность расширила строительство боевых кораблей новых проектов, в том числе атомных подводных крейсеров, ракетных и авианесущих кораблей.

Одновременно, в связи с развитием наступления и продвижением войск вдоль морского побережья, возникает необходимость в создании новых военно-морских баз (ВМБ), а также особых морских оборонительных районов (МОР), включавших по нескольку ВМБ и секторов береговой обороны. В частности, в 1944 г. образуются Таллинский и Рижский МОР,
Неоднократно меняется состав речных, озерных и морских флотилий. В зависимости от обстановки одни из них расформировываются, другие создаются вновь. В 1941 г., например, были расформированы Пинская и Дунайская речные флотилии, а взамен создано 7 новых флотилий — Беломорская, Ладожская, Онежская, Ильменская, Чудская, Азовская и Волжская. Затем Онежская флотилия ликвидируется, но в 1942г. образуется вновь. В 1943 г. формируются Днепровская и вторично Азовская флотилии. В 1944 г. восстанавливаются Дунайская и, вторично, Чудская флотилии.
Значительное развитие в годы войны получила авиация ВМФ. В ее составе появились крупные соединения минно-торпедной, бомбардировочной, штурмовой и истребительной авиации. Самолетный парк ее увеличился почти вдвое и к концу войны насчитывал около 5 тыс. боевых самолетов. Благодаря этому авиация ВМФ получила возможность решать задачи не только в интересах флотов, но и содействовать фронтам на приморских направлениях, наносить более мощные и эффективные удары по административно-политическим, промышленным и военным объектам в глубоком тылу противника.
В целом основная стратегическая линия в строительстве ВМФ подчинялась общим целям вооруженной борьбы на континентальных театрах военных действий и в прибрежных зонах. Главное внимание уделялось повышению возможности флотов по поддержке действий Сухопутных войск на приморских направлениях. Вместе с тем постепенно наращивались силы для действий на морских коммуникациях противника и выполнения задач по борьбе с его военно-морскими силами при защите своих водных путей сообщения.
Получив всестороннее развитие, ВМФ сыграл важную роль в достижении победы над врагом.
Определенная роль в ведении войны отводилась пограничным и внутренним войскам. Пограничные войска приняли активное участие в отражении вторжения противника, а в дальнейшем прикрывали государственную границу на севере, юге и востоке страны. Внутренние войска обеспечивали охрану стратегических и промышленных объектов, железнодорожных коммуникаций и фронтового тыла, вели борьбу с агентурой и подрывной диверсионной деятельностью врага.
Уже летом 1941 г. на базе пограничных и внутренних войск были сформированы и переданы в состав действующей армии 15 стрелковых дивизий. В последующем часть личного состава войск систематически направлялась для формирования резервов и восполнения потерь на фронте. С выходом Красной Армии на западную государственную границу была восстановлена пограничная служба.

Самыми мощными являлись Балтийский и Черноморский флоты. В отличие от других флотов они имели по эскадре (1—2 линкора, несколько крейсеров и дивизионов эсминцев), по отряду легких сил и по 2 соединения подводных лодок. Кроме того, в их состав входили части ВВС, береговые части и средства противовоздушной обороны. Тихоокеанский флот не имел крупных надводных кораблей, но зато был значительно сильнее по составу торпедных катеров, подводных лодок и авиации. Северный флот был самым малочисленным. Основу его боевых сил составляли соединения подводных лодок, 8 эсминцев, 7 сторожевых кораблей и 116 самолетов. Береговая оборона флота включала 14 стационарных артиллерийских батарей с орудиями калибра 100—180 мм.
В ходе войны боевая мощь флотов, несмотря на потери (погибло 1 014 кораблей различных классов), постепенно возрастала. Свыше тысячи боевых кораблей дала флоту отечественная промышленность. Часть была отремонтирована непосредственно на флотах. Некоторое количество кораблей ВМФ получил от союзников в качестве поставок по ленд-лизу. Одновременно совершенствовалось вооружение. На флоты поступали более эффективные типы мин, торпед, радиолокационных и гидро-акустических устройств. Интенсивнее всего наращивался состав Северного флота, на который по морю, по речным каналам и железной дороге были перебазированы часть надводных кораблей и подводных лодок с Балтийского и Тихоокеанского флотов, Каспийской флотилии, а кроме того поступили корабли из Англии и США.
Быстро менявшаяся в ходе войны стратегическая обстановка заставила проводить неоднократную частичную реорганизацию Военно-Морского Флота. Уже в самом начале войны стали создаваться принципиально новые формирования — оборонительные районы. Первым объединением такого рода явился Одесский оборонительный район, созданный по решению Ставки ВГК в августе 1941 г. Затем образуются Севастопольский, Новороссийский и другие оборонительные районы. Как показал опыт войны, такая рожденная боевой практикой организация обеспечивала более целесообразное использование разнородных сил ВМФ и Сухопутных войск при обороне стратегически важных территорий и объектов на приморских направлениях, их надежную защиту с суши, воздуха и моря.
Характерная особенность организационного развития флота в этот период заключалась в формировании на его базе большого количества соединений и частей (бригад, полков и батальонов) морской пехоты. Как правило, они создавались за счет личного состава кораблей, береговых экипажей, курсантов военно-морских училищ и маршевого пополнения и использовались на различных фронтах, но преимущественно — на приморских направлениях. Морская пехота в годы войны превратилась в самостоятельный род сил флота. На различных фронтах сражались 21 бригада морской пехоты и около 40 морских стрелковых бригад, несколько десятков отдельных полков и батальонов морской пехоты.

С переходом Вооруженных Сил к проведению крупных наступательных операций осуществляется очередная реорганизация противовоздушной обороны. Прежде всего, принимаются меры для усиления прикрытия войск и объектов тыла фронтов, организации ПВО освобождаемых районов и совершенствования системы ПВО крупных городов в глубине страны. С этой целью в 1943 г. управление командующего Войсками ПВО страны упраздняется, а руководство противовоздушной обороной возлагается на командующего артиллерией Красной Армии. Войска ПВО страны разделяются на Западный и Восточный фронты ПВО с разграничительной линией между ними по рубежу Архангельск—Кострома—Краснодар—Сочи. Войскам Западного фронта ПВО предстояло осуществлять противовоздушную оборону Мурманска, Ленинграда, Москвы, Центрального промышленного района, а также прифронтовых объектов и путей сообщения. В его состав включается Особая Московская армия ПВО, 11 корпусных и дивизионных районов ПВО, а также 14 соединений истребительной авиации ПВО. Перед войсками Восточного фронта ПВО ставится задача противовоздушной обороны важнейшие районов Урала, Средней и Нижней Волги, Кавказа и Закавказья. Он состоял из Закавказской зоны ПВО, 7 корпусных и дивизионных районов ПВО, 8 соединений истребительной авиации.
Наконец, в 1944 г., т. е. на завершающем этапе войны, проводится третья реорганизация противовоздушной обороны. Западный и Восточный фронты ПВО преобразуются в Северный и Южный фронты ПВО, а в конце года — в Западный и Юго-Западный фронты ПВО. Кроме того, образуется Закавказский фронт ПВО. Особая Московская армия ПВО развертывается в Центральный фронт ПВО. Корпусные и дивизионные районы ПВО реорганизуются в корпуса и дивизии ПВО. Одновременно образуется Центральный штаб войск ПВО Красной Армии.
Всего, к концу войны в составе Войск ПВО страны имелось 4 фронта, 6 армий (в том числе 1 воздушная), 19 корпусов (в том числе 4 авиационных), 42 дивизии (в том числе 24 авиационные) и 5 отдельных бригад ПВО. На их вооружении находилось около 3,2 тыс. самолетов, 18,7 тыс. зенитных орудий, 5,4 тыс. зенитных прожекторов, 1,4 тыс. аэростатов и другая техника. Таким образом, в ходе войны Войска ПВО страны приобрели черты самостоятельного вида Вооруженных Сил, получили возможность надежно отражать удары авиации противника, проводить противовоздушные операции большого масштаба.
Военно-Морской Флот, тесно взаимодействуя с Сухопутными войсками, войсками ПВО и ВВС, решал крупные оперативные и оперативно-тактические задачи на морских театрах и приморских направлениях, вел активные боевые действия по уничтожению сил флота и транспортов противника, обеспечивал прикрытие военных и народно-хозяйственных морских, озерных и речных перевозок, содействовал приморским группировкам войск в оборонительных и наступательных операциях. Одной из ответственных задач флота являлось обеспечение внешних коммуникаций, связывавших северные порты страны с портами союзников по антигитлеровской коалиции. Большую роль сыграл Военно-Морской Флот в удержании совместно с Сухопутными войсками приморских плацдармов и военно-морских баз. Активное участие моряки приняли в наступательных и оборонительных операциях войск на приморских направлениях. Около 500 тыс. матросов и офицеров героически сражались в составе Сухопутных войск.
К началу войны в состав ВМФ входили 4 флота — Северный, Балтийский, Черноморский, Тихоокеанский, а также Каспийская морская и три речные флотилии — Пинская, Амурская и Дунайская.

Стратегия строительства и развития Вооруженных Сил в ходе войны.
Одной из важнейших задач военной стратегии является определение целесообразных направлений военного строительства, прежде всего разработка эффективных путей развития вооруженных сил.
В годы войны эта задача постоянно находилась в центре внимания советского руководства. Причем решалась она сугубо конкретно с учетом реально возникавших перед страной и Вооруженными Силами комплекса военно-политических и стратегических задач, условий обстановки и возможностей своей военной экономики.
На всем протяжении войны основная стратегическая линия в развитии Вооруженных Сил заключалась в том, чтобы неуклонно повышать их боевой и моральный потенциал, своевременно перестраивать их структуру применительно к постоянно менявшимся условиям вооруженной борьбы, обеспечивать наиболее благоприятное соотношение сил и средств с противником. В рамках этого, в те или иные периоды войны особый упор делался на преимущественное развитие либо оборонительных, либо наступательных средств, но во всех случаях — на приоритетное усиление бронетанковых войск и авиации. Важное значение придавалось также повышению огневых, ударных и маневренных возможностей объединений, совершенствованию специальных войск и тыла.
В строительстве Вооруженных Сил пять направлений считались определяющими:
— установление и поддержание их оптимального состава, соотношения его между действующей армией и резервами;
— усиление технической оснащенности войск;
— совершенствование системы управления и организационной структуры;
— улучшение качественных характеристик военных кадров и боевой выучки личного состава соединений и частей;
— неуклонное повышение боевого и морального потенциала.
Война с самого начала потребовала резкого, почти трехкратного увеличения общей численности Вооруженных Сил, прежде всего действующей армии, поддержания их на определенном уровне и в необходимой пропорции с учетом состава вооруженных сил противника, протяженности линии фронта и наличия военнообученных резервов. Так, если на 22 июня 1941 г. в Красной Армии и Военно-Морском флоте состояло по списку 5 434 729 военнослужащих, то к концу 1941 г. численность Вооруженных Сил составляла уже около 9,5 млн. человек. В дальнейшем она колебалась в пределах от 10,5 млн. до 11,5 млн. человек. На 1 июля 1945 г. в Вооруженных Силах СССР по списку числилось 11 390 тыс. человек, в военных формированиях других ведомств, состоявших на довольствии в Наркомате обороны — 403,2 тыс. человек, лечилось в госпиталях — 1 046 тыс. человек.

В последующих операциях были освобождены Польша, Болгария, часть Чехословакии, Австрия. Советские войска отразили попытки противника предпринять контр-удар в районе озера Балатон, форсировали Одер, захватили всю Восточную Пруссию, Верхнюю и Нижнюю Силезию. И вот боевые действия развернулись в центральных районах Германии. Наконец, в мае 1945 г. под ударами советских войск и союзных армий третий рейх капитулировал. Война в Европе была завершена.
Важной чертой отечественной военной стратегии в тот период войны стало то, что многие операции осуществлялись коалиционными группировками войск, т. е. при участии объединений и соединений польской, чехословацкой, югославской, а позже румынской и болгарской армий. Вместе с тем свое дальнейшее развитие получили способы ведения стратегических, фронтовых и армейских операций. Увеличился их пространственный размах, были освоены действия по штурму крупных городов и ведению наступления в индустриальных районах. Смелее применялся стратегический маневр войсками, силами и средствами.
Теперь военная стратегия СССР уже превосходила военную стратегию Германии по всем показателям, хотя надо отдать ей должное: даже в безнадежной обстановке германские войска продолжали упорное сопротивление.
С 9 августа по 2 сентября 1945 г. советские Вооруженные Силы провели еще одну военную кампанию — на Дальнем Востоке. Ее цель состояла в ликвидации последнего очага второй мировой войны, обеспечении безопасности восточных регионов СССР и усилении его влияния на страны Азии. Реализована она была путем разгрома в короткий срок почти миллионной квантунской группировки японских войск в Маньчжурии, Северной Корее и на Курильских островах, для чего потребовалось:
— осуществить небывалую по размаху стратегическую перегруппировку войск, сил и средств с запада на восток;
— провести стратегическое развертывание трех фронтов, Тихоокеанского флота, дальней и военно-транспортной авиации, трех армий ПВО и стратегического тыла;
— осуществить Маньчжурскую стратегическую наступательную операцию на фронте более 5 тыс. км и на глубину 600—800 км;
— провести Курильскую морскую десантную операцию с целью овладения Курильскими островами и Южным Сахалином;
— высадить несколько воздушных десантов для захвата важных административных и военных объектов в Маньчжурии и Северной Корее.
Военные действия начались внезапным переходом советских войск в наступление одновременно на шести сходящихся направлениях. Развивая успех, 1-й и 2-й Дальневосточные, а также Забайкальский фронты относительно легко сломили со-противление Квантунской армии, захватили все ключевые пункты Маньчжурии и вынудили противника к капитуляции. Операция продолжалась всего-навсего 25 суток. При этом средние темпы наступления стрелковых войск составили 35—40 км, а танковых и механизированных соединений — 70—90 км в сутки.

Высший военный совет являлся коллегиальным органом. Первоначально при нем не было штаба, а потому все оперативные вопросы находились в ведении генерал-квартирмейстера и нескольких его помощников по оперативной части. 14 мая 1918 г. создаются оперативное и организационное управления, а 20 июня — штаб Высшего военного совета.
Одновременно продолжалась работа по упорядочению структуры других органов высшего военного управления. 8 мая 1918 г. наркомвоен издал приказ о создании Всероссийского главного штаба (Всероглавштаб) вместо существовавших до того Всероссийской коллегии по формированию РККА, Главного управления Генерального штаба, Главного штаба, Главного комиссариата военно-учебных заведений и Управления по ремонтированию (закупке и распределению конного состава) армии. Он стал высшим органом по руководству учетом и мобилизацией военнообязанных, формированию, устройству и обучению войск. На него возлагалась также разработка штатов, уставов, наставлений, инструкций и положений для войск; ему же подчинялись внутренние военные округа и все местные военные органы. Всероглавштаб возглавлял Совет в составе двух военных комиссаров и начальника штаба. По решению коллегии наркомвоена оперативный отдел Московского окружного комиссариата по военным делам был 12 мая передан в ведение Наркомата по военным делам. Он стал называться оперативным отделом наркомвоена. Одновременно на базе Всероссийской коллегии по управлению воздушным флотом было образовано Главное управление Рабоче-Крестьянского Красного Военного воздушного флота (Главвоздухофлот)
После проведенной реорганизации оперативными вопросами занимались штаб ВВС, оперативные отделы наркомвоена и Всероглавштаба. Так как между ними не было тесного контакта, они чаще всего дублировали друг друга, что сказывалось на эффективности управления войсками. Это не осталось без внимания со стороны ряда высших должностных лиц. Так, А. И. Егоров, председатель Высшей аттестационной комиссии, а в недавнем прошлом полковник, 20 августа 1918 г. направил специальный доклад Ленину, где выразил свою обеспокоенность происходящим: «Обозрение всех операций, ведущихся на различных фронтах, указывает, что в них нет определенной единой мысли и воли». Свой вывод Егоров подкрепил сообщением, что у высших военных органов отсутствуют планы войны, новых формирований и операций на фронтах. С целью «объединения военной мысли, руководящей всеми операциями на всех фронтах», он предлагал назначить ответственного перед Совнаркомом Верховного главнокомандующего, а при нем сформировать соответствующий штаб.
Проект Егорова получил одобрение со стороны руководителей наркомвоена. 2 сентября 1918 г. ВЦИК принял постановление о превращении Советской республики в военный лагерь и образовании Революционного военного совета Республики (РВСР) с одним Главнокомандующим, а 30 сентября утвердил положение об РВСР85. В соответствии с этим положением РВСР превращался в орган высшей военной власти в стране, которому передавались все права коллегии наркомвоена и упраздненного Высшего военного совета. Деятельность РВСР направлялась и контролировалась ЦК РКП(б). Установление основ организации Вооруженных Сил РСФСР по Конституции принадлежало Всероссийскому съезду Советов и Всероссийскому Центральному исполнительному комитету, а общее управление Вооруженными Силами — Совету народных комиссаров.

Возглавляемый Лениным Совнарком РСФСР в соответствии с декретом о создании Красной Армии от 15(28) января 1918 г. являлся «верховным руководящим органом» РККА73. Непосредственное руководство и управление армией осуществлял Народный комиссариат по военным делам через Всероссийскую коллегию. Одновременно Совнарком занимался решением задач по организации материально-технического обеспечения Вооруженных Сил. С целью введения военного режима в военной промышленности, продовольственном и транспортном деле ВЦИК 30 ноября 1918 г. учредил Совет Рабочей и Крестьянской Обороны. В его состав вошли
Ленин (председатель), представители Реввоенсовета Республики, ВЦИК, наркоматов путей сообщения, продовольствия и др. В ходе войны Совет Обороны, наделенный военно-экономическими функциями, в зависимости от обстановки в стране и на фронтах решал и иные задачи. На его заседаниях периодически заслушивались доклады Главкома о стратегическом положении республики, характере предстоящих операций, состоянии стратегических резервов и снабжения армии, мерах по укреплению фронтов и др.
Непосредственное руководство вооруженной борьбой осуществляли специально созданные органы, которые прошли сложный и противоречивый путь развития. В первые недели после прихода большевиков к власти управление войсками, находившимися на фронтах, осуществлял Верховный главнокомандующий всеми сухопутными и морскими силами Российской республики генерал Н. Н. Духонин через штаб Ставки Верховного главнокомандования, возглавляемый генералом М. Д. Бонч-Бруевичем.
26 октября (8 ноября) 1917 г. декретом II Всероссийского съезда Советов был образован Комитет по делам военным и морским, преобразованный 3(16) ноября в Совет народных комиссаров по военным и морским делам. На Совет возлагались задачи по демократизации старого военного аппарата, контролю за военным министерством и его слому, демобилизации старой армии. В состав Совета вошли подпоручик В. А. Антонов-Овсеенко, матрос П. Е. Дыбенко, прапорщик Н. В. Крыленко, представители Военной организации при ЦК партии, Петроградского Военно-революционного комитета. В последующем структура и функции Совета были уточнены. 9(22) ноября Крыленко был назначен Верховным главнокомандующим всеми сухопутными и морскими силами Российской республики. 14(27) ноября Дыбенко возглавил Верховную морскую коллегию, а 21 ноября (4 декабря) был назначен Народным комиссаром по морским делам. Непосредственное руководство наркоматом по военным делам осуществлял Н. И. Подвойский, назначенный 11(24) ноября заместителем наркома по военным делам.
Наряду с вышеперечисленными структурами создавались и другие органы высшего военного руководства. Так, 26 октября (8 ноября) был образован Военно-морской революционный комитет, 10(23) ноября — Бюро комиссаров авиационных и воздухоплавательных частей Петроградского гарнизона, 20 декабря 1917 г. (2 января 1918 г.) — Всероссийская коллегия по управлению воздушным флотом. При Ставке Верховного главнокомандующего 9(22) ноября 1917 г. были созданы Временный военно-революционный комитет (ВРК), а на следующий день — Революционный полевой штаб по борьбе с контрреволюцией, действовавший параллельно с реорганизованным штабом Верховного главнокомандующего. В декабре 1917 г. Временный ВРК при Ставке преобразован в Центральный комитет действующих армий и флота (Цекодарф), который решал задачи по руководству жизнью и деятельностью армий и флота и по их снабжению. Функции руководства революционными силами в различных регионах страны выполняли чрезвычайные комиссары. В декабре 1917 г. учреждается должность Главнокомандующего советскими войсками по борьбе с контрреволюцией на Юге России. В январе 1918 г. руководство оперативной деятельностью флота было возложено на Морской генеральный штаб.