Скачкообразно развивалась артиллерия, особенно реактивная. Основу полевой артиллерии составили самоходные артиллерийские установки. Дальность стрельбы артиллерийских систем возросла в 3—6, а точность поражения целей — в 2,5—5 раз.
Полностью преобразовались и бронетанковые войска. Теперь танки превратились в сложнейшие боевые комплексы: их защищенность с использованием многослойной брони и динамической защиты увеличилась в 10—12 раз, а огневая мощь — в 5—7 раз и более. Важнейшим боевым средством сухопутных войск стали боевые машины пехоты, что резко повысило их боевую маневренность.
Коренной структурно-технической перестройке подверглись войска противовоздушной обороны. Основу средств ПВО составили зенитные ракетные комплексы, способные поражать аэродинамические цели в широком диапазоне высот и скоростей. В составе войск ПВО наряду с противосамолетными средствами появились средства предупреждения о ракетном нападении, противоракетной и противокосмической обороны.
Всего за каких-нибудь сорок с лишним лет в вооруженных силах США, СССР, других государств НАТО и ОВД сменилось 3—5 поколений обычных видов оружия и военной техники, и, как следствие этого, операции и боевые действия с использованием обычного оружия приобрели качественно новый облик. Особенно глубокие сдвиги в способах их ведения произошли на рубеже 70-х — 80-х годов, когда в развитии классических видов оружия наметилась новая тенденция, связанная с разработкой и широким внедрением высокоточного управляемого оружия, в том числе разведывательноударных систем. В результате появилась возможность с одного - двух выстрелов гарантированного уничтожения точечных целей на больших пространственных расстояниях, причем с минимальным расходом боеприпасов. По существу, возможности обычного оружия достигли параметров ядерных средств малой и сверхмалой мощности. Вследствие этого боевые действия приобрели необычайно напряженный, высокодинамичный и истребительный характер, что потребовало пересмотра многих принципов их ведения в оперативно-тактическом и стратегическом масштабах.
Четвертое направление военно-технического прогресса — это стремительное развитие военной радиоэлектроники. С одной стороны, это привело к подлинной революции в области управления войсками и оружием, что позволило в несколько раз повысить эффективность боевых систем, обеспечить возможность создания качественно новых боевых средств и добиться надежного решения многих оперативных и стратегических задач, связанных со сверхбыстродействующими процессами, а с другой — выдвинуло на авансцену еще одну сферу вооруженной борьбы — радиоэлектронную войну.

Интенсивно развивалось ракетное вооружение оперативного и тактического назначения. Во все возраставших количествах оно поступало на оснащение всех видов Вооруженных Сил. Были разработаны различные типы тактических и оперативно-тактических ракет класса «земля-земля», «воздух-земля», «земля-воздух», «воздух-воздух», «воздух-поверхность», «земля-корабль», «корабль-корабль», «корабль-воздух». С появлением управляемых и самонаводящихся ракет высокой точности могла быть реализована возможность широкого их применения не только в ядерном, но и в обычном снаряжении для поражения самых разнообразных целей во всех видах операций и боевых действий. Благодаря этому удалось отодвинуть так называемый «ядерный барьер», т. е. момент перехода к неограниченному применению ядерного оружия. Вместе с тем во всех пространственных сферах операции и боевые действия приобрели новые черты. Важнейшим фактором их ведения стали ракетно-огневое поражение противника и защита от аналогичного воздействия с его стороны.
В 80-х годах ракетные системы различного назначения в армиях стран ОВД и НАТО составляли основу наступательных и оборонительных вооружений. В это время появились многочисленные модификации наземных, морских и авиационных ракетных комплексов, зенитных противотанковых и противорадиолокационных ракет. Наряду с баллистическими ракетами особое значение приобрели крылатые ракеты нового поколения. На оснащение флотов поступили эффективные береговые и корабельные комплексы морских крылатых ракет. Были созданы маловысотные и малозаметные стратегические крылатые ракеты средней и большой дальности. Это позволило ощутимо расширить объем стратегических, оперативных и тактических задач, решаемых с использованием ракетного оружия.
Третье направление — модернизация и совершенствование так называемых классических вооружений на основе создания и использования новых материалов и конструкций, внедрения реактивных, турбореактивных и газотурбинных двигателей, высокоэффективного бортового оборудования, стабилизирующих и новых прицеливающих систем, боеприпасов повышенной мощности и объемного взрыва.
Наиболее значимые качественные изменения произошли в авиации, артиллерии, бронетанковых войсках и войсках противовоздушной обороны. Вся авиация стала реактивной и ракетоносной, а ее боевые возможности возросли в 10—18 раз. Скорости полета боевых самолетов достигли 2—3 скоростей звука (2—3 М). При ведении боевых действий особую роль приобрела армейская авиация, основу которой составили вертолеты различного назначения.

Но, разумеется, в плане стратегии решающее значение сыграло не это, а формирование крупных артиллерийских соединений резерва ВГК — артиллерийских дивизий и корпусов прорыва, насчитывавших соответственно по 364—1 576 орудий, минометов и пусковых установок реактивной артиллерии, пушечных артиллерийских (248 орудий) и зенитных артиллерийских дивизий (88 орудий), дивизий реактивной артиллерии (залп весом около 320 тонн) и истребительно-противотанковых артиллерийских бригад (до 72 орудий). К концу 1943 г. Сухопутные войска в своем составе имели 6 артиллерийских корпусов и 26 дивизий прорыва, 7 дивизий гвардейских минометов резерва ВГК. С августа 1944 г. началось формирование еще 4 артиллерийских корпусов и 11 дивизий прорыва. К началу 1945 г. они располагали 105 артиллерийскими дивизиями разного типа, 147 отдельными артиллерийскими, истребительно-противотанковыми, минометными бригадами и бригадами реактивной артиллерии. К концу войны количество артиллерии резерва ВГК увеличилось в 9 раз. Вес ее залпа был в 5,2 раза больше веса залпа войсковой артиллерии. Это позволило Верховному Главнокомандованию создавать на важных стратегических и операционных направлениях мощные артиллерийские группировки, надежно решить задачу прорыва обороны противника и быстрого развития тактического успеха в оперативный.
По иному шло развитие воздушно-десантных войск. Судя по предвоенным взглядам, им отводилась весьма важная роль в развитии операций. С учетом этого, в апреле 1941 г. стали создаваться 5 воздушно-десантных корпусов трехбригадного состава по 10 тыс. человек каждый. Однако завершить их формирование не успели. Начавшаяся война и тяжелейшие условия, в которых оказалась Красная Армия, вынудили советское командование использовать все 5 воздушно-десантных корпусов в качестве обычных стрелковых соединений.
В январе и феврале 1942 г. 4-й воздушно-десантный корпус и 201-я воздушно-десантная бригада 5-го воздушно-десантного корпуса, усиленные отдельным стрелковым полком, провели Вяземскую воздушно-десантную операцию, целью которой было содействие войскам Западного и Калининского фронтов в окружении и разгроме группы армий «Центр». Но в силу отсутствия опыта и ряда допущенных советским командованием просчетов, воздушно-десантные части понесли большие потери и лишь частично выполнили свои задачи.
После этой неудачи десантирование воздушно-десантных войск в таких крупных масштабах долгое время не проводилось. Тем не менее, к началу 1943 г. в составе Вооруженных Сил находились в готовности к участию в предстоящих наступательных операциях 10 гвардейских воздушно-десантных дивизий и воздушно-десантная бригада. Однако сложившаяся обстановка вновь заставила Ставку ВГК использовать их как обычные стрелковые соединения. Весной 1943 г. они были переданы в состав стрелковых войск, а вместо них формируются 20 гвардейских воздушно-десантных бригад.
Некоторые из них в сентябре того же года были применены в Днепровской воздушно-десантной операции. Хотя своими активными действиями они оттянули на себя значительные силы противника, конечный результат их десантирования все-таки был против всякого ожидания небольшим. В 1945 г. соединения воздушно-десантных войск использовали в Маньчжурской стратегической операции. Вот там они действовали весьма успешно, показав всю эффективность и перспективность их применения. Но при этом решающее значение имели специфика ТВД и развитие событий в ходе операции.

В начале 1943 г. в развитии бронетанковых и механизированных войск произошел еще один важный качественный поворот, оказавший большое влияние на способы стратегических действий Вооруженных Сил. На состоявшемся в январе заседании ГКО было принято решение о формировании танковых армий однородного состава (2 танковых и механизированный корпуса, артиллерийские и специальные части, тыловые органы). Создание таких армий дало в руки Верховного Главнокомандования мощное средство активно влиять на развитие стратегических операций, что в свою очередь придало этим операциям новые черты.
Своего наивысшего развития бронетанковые и механизированные войска получили в 1944—1945 гг. Усилившийся состав, особенно в танках (в армиях в 1,9 раза) и артиллерии (в армиях в 1,5 раза, в корпусах в 2—2,7 раза), позволил танковым объединениям и соединениям решать самостоятельно задачи в оперативной глубине. В начале 1945 г. в составе действующих фронтов имелось 6 танковых армий, 21 отдельный танковый и механизированный корпуса, значительное число отдельных танковых и самоходно-артиллерийских бригад и полков.
Насыщение действующей армии танками и САУ, создание крупных танковых (механизированных) соединений и объединений значительно повысили ударную мощь и маневренность Сухопутных войск, позволили проводить операции с решительными целями, на большую глубину и в высоких темпах. Бронетанковые и механизированные войска стали средством наиболее эффективного решения важнейших оперативных задач.
Большое значение для наращивания стратегических возможностей войск, увеличения их огневой мощи имело развитие артиллерии. Если в конце 1941 г. в действующей армии было 30 тыс. орудий и минометов, то к концу 1943 г. — 101,4 тыс., а к январю 1945 г. — 114,6 тыс. Качественное улучшение артиллерии достигалось путем модернизации имевшихся систем и создания новых.
Почти половина орудий всех типов в годы войны была усовершенствована или разработана заново. В результате значительно увеличились ее дальнобойность и скорострельность, повысилась мощность снарядов, возрос удельный вес пушечной, реактивной и противотанковой артиллерии, орудий и минометов крупных калибров. Перевод артиллерии на механическую тягу резко увеличил ее маневренность. В 1942 г. на вооружение поступили новые 76-мм (дивизионная), в 1943 г. — 76-мм (полковая) пушка, 152-мм (корпусная) гаубица, а в 1944 г. — 100-мм (полевая) пушка. Модернизация 82-мм, 120-мм и создание 160-мм минометов существенно повысили возможности этого вида оружия.
Крупнейшим достижением в развитии артиллерии явились разработка, массовое производство и широкое применение реактивных установок — «катюш». Этот качественно новый вид артиллерии — реактивной — по своим боевым возможностям, эффективности и масштабам использования не имел себе равных ни в одной из зарубежных армий. Многозарядность, высокая огневая производительность, возможность одновременного поражения целей на значительных площадях в добавление к внезапности, высокой материальной и моральной эффективности воздействия на противника — таковы важнейшие ее качества. За время войны намного повысились фугасное и осколочное действие снарядов, точность и дальность стрельбы.

Определенную роль в войне сыграл и такой ранее классический род Сухопутных войск, как кавалерия. Кавалерийские соединения (дивизии и корпуса), усиленные танками, артиллерией, да еще под прикрытием авиации в ряде сражений проявили себя самым лучшим образом. Они совершали глубокие рейды по тылам противника, использовались на направлениях, где применение танков было затруднено. Однако в ходе войны роль кавалерии как боевой силы постепенно падала. Ее численность сокращалась ввиду большой уязвимости от огня стрелкового оружия и артиллерии, ударов авиации и танков, а также из-за ее низких маневренных возможностей, которые не шли ни в какое сравнение с танковыми и механизированными соединениями. Не последнюю роль сыграли и затруднения с пополнением кавалерии конным составом. К осени 1943 г. число кавалерийских дивизий сократилось с 82 до 26, а кавалерийских корпусов с 17 до 8.
Оставшиеся кавалерийские соединения применялись главным образом в составе конно-механизированных групп, предназначавшихся для решения задач по развитию прорыва обороны противника во фронтовых (иногда армейских) наступательных операциях, преимущественно в условиях лесисто-болотистой, горной и горно-пустынной местности. Словом, начавшийся в годы первой мировой войны спор между конем и танком закончился в пользу последнего. После войны кавалерия как род войск была вообще упразднена.
В годы войны интенсивно развиваются бронетанковые и механизированные войска — основная ударная сила Сухопутных войск. Техническую базу их составляли танки, самоходно-артиллерииские установки и средства моторизации. Количество бронетанковой техники в действующей армии быстро возрастало: на 1 января 1942 г. в ней насчитывалось 2,2 тыс. танков, на 1 января 1943 г. — 8,1 тыс., на 1 января 1945 г. — 8,3 тыс. танков и САУ. Основным направлением в развитии бронетанковых войск стали повышение их огневой мощи, живучести и подвижности, формирование крупных танковых объединений и соединений.
С весны 1942 г. с ростом производства танков вместо отдельных дивизий, бригад и батальонов для проведения наступательных операций начинают создаваться танковые корпуса. По штатам 1942 г. они имели 3 танковые и мотострелковую бригады, всего около 8 тыс. человек и 168 танков. Одновременно формируются первые танковые армии смешанного состава. Обычно такая армия состояла из 2—3 танковых корпусов и 1—2 стрелковых дивизий, что давало ей возможность самостоятельно прорывать оборону и развивать успех в глубину, а в обороне наносить сильные контрудары. Осенью стали восстанавливаться расформированные в 1941 г. из-за больших потерь в танках механизированные корпуса в составе 3 механизированных и одной танковой бригад со штатной численностью 13,5 тыс. человек, 175 танков и около 100 орудий и минометов. К концу того же года в действующей армии уже имелось 2 танковые армии смешанного состава, более 30 танковых и механизированных корпусов. В это же время увеличивается количество танковых бригад и тяжелых танковых полков прорыва, являвшихся резервом Ставки ВГК, которые она придавала стрелковым дивизиям для использования в качестве танков непосредственной поддержки пехоты.

В последующие годы состав армий продолжал нарастать. В 1943 г. было восстановлено корпусное звено управления. После этого в армию обычно входили 2—3 стрелковых корпуса (6—9 дивизий), пушечный, истребительно-противотанковый, минометный и зенитно-артиллерийский полки. В конце войны типовая общевойсковая армия чаще всего включала 3—4 стрелковых корпуса (примерно 12 дивизий), 3—4 артиллерийских и минометных полка или артиллерийскую бригаду, отдельный танковый полк, инженерно-саперную бригаду, ряд других специальных частей. В наступательных операциях армия, действовавшая на главном направлении, получала на усиление, как правило, 1—2 танковых или механизированных корпуса, артиллерийскую дивизию прорыва и другие войска. Такой состав позволял ей со-хранять живучесть в течение 15—25 суток. За счет этого она превращалась в довольно мощное оперативное объединение, способное решать важные оперативные задачи.
Значительное развитие в составе Сухопутных войск получили стрелковые войска, являвшиеся самым многочисленным их родом войск (более 70% численности личного состава). На них ложилась и основная тяжесть ведения вооруженной борьбы. Основным тактическим соединением стрелковых войск была стрелковая дивизия. В годы войны их количество постоянно увеличивалось. Если к началу войны их насчитывалось 198, то к концу 1941 г. за счет формирования новых соединений их стало 384, а к середине 1942 г. — уже 426 дивизий. Штатный состав и структура дивизий неоднократно менялись. В 1942 г., например, действовали сразу три штата: декабрьский 1941 г., мартовский и июльский 1942 г. Наряду со стрелковыми дивизиями в 1941 г. в качестве вынужденной, временной меры для более быстрого пополнения действующей армии новыми подготовленными резервами стали создаваться стрелковые бригады штатной численностью от 4 356 до 6 000 человек. Они имели более простую организацию и, в сравнении с дивизиями, требовали на свое формирование значительно меньше времени, военной техники и артиллерийского вооружения. Одновременно создавались мотострелковые, воздушно-десантные и лыжные бригады, бригады морской пехоты. К концу 1941 г. насчитывалось 200 таких бригад, к маю 1942 г. — 214, в действующей армии соответственно 83 и 121 бригада.
Однако уже в следующем году бригады, имевшие слабую огневую и ударную силу, начали постепенно переформировывать в стрелковые дивизии. В течение года было переформировано из стрелковых бригад и других соединений и сформировано заново 83 стрелковые дивизии со штатной численностью 9 435 человек. Одновременно вводился штат гвардейской стрелковой дивизии численностью 10 670 человек. Правда, как и прежде, дивизии почти никогда такой численности на практике не имели, в 1942—1944 гг. лишь четвертая часть их имела около 8 тыс. человек. В остальных насчитывалось от 5 тыс. до 7 тыс., а то и 3—4 тыс. человек. Тем не менее, в результате увеличения количества автоматического стрелкового и артиллерийско-минометного оружия, даже при меньшей численности людей, их огневая мощь значительно усиливается: вес артиллерийско-минометного залпа к декабрю 1944 г. возрастает с 548 до 1 589 кг, а к июню 1945 г. — до 2 040 кг.

Важным источником пополнения командных кадров стало выдвижение на офицерские должности отличившихся в боях солдат, сержантов и старшин. В течение войны из их числа первичные офицерские звания получили 267 тыс. человек. В общем, уже к октябрю 1943 г. удалось не только удовлетворить потребности действующей армии в командных кадрах, но и создать крупные резервы для всех видов Вооруженных Сил и родов войск. Той же осенью в резерве фронтов и армий находились 93 500 офицеров, обладавших боевым опытом и необходимой военно-теоретической подготовкой. Одновременно появилась возможность значительную часть командного и инженерного состава перевести в запас. В 1943 г. в запасе числились более 200 тыс. офицеров. С января по октябрь 1943 г. вдвое увеличился генеральский состав Вооруженных Сил и заметно стабилизировался эшелон высшего командного состава. Но, безусловно, главное заключалось в том, что со временем командные кадры приобретали боевой опыт, овладевали искусством управления войсками, неуклонно повышали свое воинское мастерство.
В годы войны сбалансировано развивались все виды Вооруженных Сил и рода войск.
Сухопутные войска, являясь главным и самым многочисленным видом Вооруженных Сил, несли основную тяжесть вооруженной борьбы, выполняли главную часть стратегических и оперативных задач. В их составе к ноябрю 1942 г. находилось 88,4% личного состава, основная масса военной техники и оружия. В их интересах действовали все остальные виды Вооруженных Сил.
Сухопутные войска в своем составе имели стрелковые войска, артиллерию, бронетанковые и механизированные войска, кавалерию, а также специальные войска: воздушно-десантные, инженерные, связи, противохимической защиты, автомобильные и дорожные.
Главным направлением их развития было повышение ударной и огневой мощи, увеличение маневренности.
Основным оперативным объединением Сухопутных войск являлась общевойсковая армия, а основным тактическим соединением — стрелковая дивизия. Их ведущая роль на протяжении всей войны оставалась неизменной, хотя структура и состав неоднократно менялись.
На главных направлениях общевойсковые армии в самом начале войны, как правило, включали 2—4 стрелковых корпуса, механизированный корпус и комплект армейских частей. Но уже несколько недель спустя состав армий из-за больших потерь был сокращен, корпусные управления ликвидированы, изъяты некоторые армейские части.
Потом армии были несколько усилены, но они так и не достигли довоенного уровня. В первой половине 1942 г. в состав типовых общевойсковых армий входили обычно 5—8, в некоторых до 10 дивизий и более, 1—3 отдельные танковые бригады, армейские артиллерийские, инженерные и другие специальные части. Средняя численность армии чаще всего не превышала 30—60 тыс. человек. На вооружении ее находилось в лучшем случае 50—150 танков, 600—1000 орудий и минометов.

При неизменности немецкого принципа комплектования действующей армии направление организационного строительства в Красной Армии в ходе войны претерпевало изменения. С конца 1942 г. был взят курс на усиление боевого состава фронтов, армий и дивизий, формирование крупных танковых, механизированных объединений и соединений, развертывание артиллерийских дивизий, а затем и артиллерийских корпусов, противотанковых бригад, соединений и частей специальных войск. Это позволило поднять оперативно-боевую самостоятельность фронтов и армий, ставить им более масштабные задачи и проводить крупные операции с решительными целями.
На протяжении всей войны исключительно сложной и важной проблемой оставалось укомплектование органов управления и войск опытными кадрами. Ее решение в значительной степени осложнялось огромным ущербом, нанесенным необоснованными массовыми репрессиями в конце 30-х годов по отношению к военным кадрам, большим размахом вооруженной борьбы и увеличением количества войсковых формирований в Вооруженных Силах, крупными потерями, особенно в первые два года войны, в военных кадрах. За 1941—1942 гг. безвозвратные потери в офицерском составе превысили наполовину потери офицеров за всю войну. Только в 1941 г. действующая армия и флот потеряли 203 083 офицера, в 1942 г. — 286 345 офицеров, из них около 5,5 тыс. — командиры батальонов и дивизионов, 16 тыс. — командиры рот, 125 тыс. — командиры взводов. В 1942 г. также погибло 11 командиров корпусов, 76 командиров дивизий, 16 командиров бригад.
Государственный Комитет Обороны и Ставка Верховного Главнокомандования вынуждены были принять срочные меры, чтобы восполнить некомплект офицеров в войсках и резко повысить профессиональный уровень командно-начальствующего состава действующей армии. До конца 1941 г. в армию и на флот было призвано около 75% офицеров запаса. В связи с возросшими потребностями в командных кадрах была перестроена вся система их подготовки. С первых месяцев войны все академии и училища, а также созданные во фронтах и в армиях курсы и школы перешли к ускоренной подготовке офицеров. За первые полгода войны в академиях, училищах, на курсах усовершенствования командных кадров, фронтовых и армейских курсах младших лейтенантов было подготовлено свыше 192 тыс. командиров для всех родов войск.
В 1942 г. с целью ускорения подготовки военных кадров и ликвидации их некомплекта было дополнительно создано 24 военных училища. Благодаря этим мерам, в течение этого года армия и флот получили из военно-учебных заведений более 564 тыс. офицеров. К началу 1944 г. подготовкой командных, политических и инженерно-технических кадров занималось свыше 30 высших военно-учебных заведений, 220 военных училищ, более 200 различных школ и курсов, которые ежегодно давали Вооруженным Силам почти 500 тыс. офицеров. А всего за годы войны военно-учебные заведения подготовили около 2 млн. офицеров.

Верховным правителем Российского государства и Верховным главнокомандующим всеми сухопутными и морскими силами России с ноября 1918 г. формально считался адмирал Колчак. В январе 1919 г. он заключил соглашение с представителями Антанты о координации планов и действий с интервентами, а также собственных планов операций с директивами Верховного главнокомандования союзных войск. Связующим звеном должен был стать командующий союзными войсками в Восточной России и Сибири генерал Жанен. В свою очередь он получил право осуществлять общий контроль на фронте и в тылу, иметь своих офицеров в белогвардейских штабах, учреждениях и частях, утверждать общие для белогвардейцев и союзных войск планы операций. При генерале Жанене находился штаб, который при решении общих оперативных вопросов тесно сотрудничал со штабом адмирала Колчака и в то же время непосредственно руководил войсками интервентов. Главным советником адмирала Колчака по вопросам тыла, организации армии и снабжения фронта всеми необходимыми средствами являлся глава британской военной миссии в Сибири генерал А. Нокс.
Адмирал Колчак как Верховный главнокомандующий сосредоточил в своих руках всю полноту политической, административной и военной власти. Ему непосредственно подчинялся штаб Верховного главнокомандующего (начальник штаба — генерал Д. А. Лебедев), решавший все вопросы по подготовке и использованию армий Колчака, планированию операций и повседневному руководству военными действиями Управление войсками осуществлялось через командующих армиями, группами войск и их штабы, командиров корпусов. При штабе Верховного главнокомандующего находились отделы контрразведки и военного контроля, которые занимались вопросами организации разведывательной и контрразведывательной службы, а также борьбы против партизан. В июле 1919 г. адмирал Колчак упразднил громоздкую Ставку Верховного главнокомандующего, а управление армиями (корпусами) возложил на штаб Главнокомандующего войсками Восточного фронта генерала М. К. Дитерихса.
Главнокомандующий Вооруженными силами Юга России генерал Деникин управление войсками осуществлял через штаб во главе с генералом И. П. Романовским. В середине ноября 1919 г. Деникин назначил двух помощников Верховного главнокомандующего (один из них являлся одновременно начальником штаба Вооруженных сил Юга России). Генералу Деникину подчинялись командующие армиями, отдельными группами войск и командиры отдельных корпусов. При них имелись соответствующие штабы, которые включали отделы (оперативный, дежурного генерала, санитарный), управления (генерал-квартирмейстера, начальника снабжений, интенданта, инспектора артиллерии, начальника военных сообщений и др.) и различные отделения.
В конце мая 1919 г. генерал Деникин под нажимом союзников вынужден был признать адмирала Колчака Верховным правителем и Верховным главнокомандующим всеми сухопутными и морскими вооруженными силами России, на деле все вопросы стратегического руководства генерал по-прежнему решал самостоятельно.

Высшим тактическим соединением польской армии являлась пехотная дивизия, включавшая 2 бригады, дивизион конных стрелков, полк легкой и полк тяжелой артиллерии, а также технические подразделения. В кавалерийскую бригаду входили 3 полка, дивизион конной артиллерии, телеграфно-телефонная рота, автоколонна и подразделения обслуживания
На характер подготовки польских войск, штабов и командиров значительное влияние оказывали французские офицеры, которые находились при всех командных инстанциях — от частей и выше. Для подготовки унтер-офицеров были созданы унтер-офицерские школы, а офицеров — военные школы и школа Генерального штаба. Кроме того, имелись школы подхорунжих, пулеметчиков, саперов и др.
Активное участие в боях с Красной Армией принимали Отдельный чехословацкий и 1-й польский корпуса. Отдельный чехословацкий корпус был сформирован в России осенью 1917 г. из военнопленных австро-венгерской армии, перебежчиков, добровольцев чехов и словаков. В его состав входили 2 дивизии и запасная бригада общей численностью около 30 тыс. человек. После заключения Брест-Литовского мирного договора корпус был объявлен автономной частью французской армии. В мае— августе 1918 г. он совместно с белогвардейскими отрядами поднял восстание. В декабре его отвели с фронта, а в феврале 1919 г. он был переименован в Чехословацкую армию. Ее части выполняли задачу по охране Сибирской железнодорожной магистрали. В 1920 г. через Владивосток армия были эвакуирована на родину. С июля 1917 г. по май 1918 г. существовал 1-й польский корпус легионеров (3 пехотные дивизии), насчитывавший до 25 тыс. человек. Активного участия в военных действиях он не принимал.
Войска интервентов отличались неоднородностью как по своему составу, так и по моральному духу. Высокую боеспособность проявляли германские части. С помощью умело организованной пропаганды им внушалась идея необходимости оккупации России якобы с целью защиты интересов собственного государства и спасения русского народа от большевиков. Для войск стран Антанты самый отличительный признак — высокий уровень технического оснащения, но солдаты, как, впрочем, и офицеры, не горели желанием умереть на чужой земле. Многих мучил один и тот же вопрос: зачем они оказались в России? Явное недовольство личного состава вооруженной борьбой с русским народом вынуждало командование войск Антанты использовать их главным образом для несения тыловой и охранной служб.
Таким образом, на фронтах гражданской войны в России с обеих сторон действовали чрезвычайно разнообразные группировки войск, резко отличавшиеся по своему боевому составу, оснащенности и уровню боеспособности. Их численность и состояние постоянно менялись. Преимущества добивалась то одна, то другая сторона. Соотношение сил колебалось в значительных пределах. То в одном, то в другом регионе создавалась острая кризисная ситуация. Этим предопределялся сложный характер военной стратегии, ее динамичность, поэтапное развитие с неоднократной сменой форм и способов вооруженной борьбы, переходом инициативы от Красной Армии к белым армиям и наоборот. Цели стратегии вынуждено соразмерялись с возможностями сторон, но иногда выходили и за эти рамки. При всем этом требовалось большое искусство, чтобы потенциальные возможности превратить в действительность.